Контакты:
Телефон: +380 (44) 581-15-51
E-mail: office@gramatskiy.com
Skype: GramatskiyLawFirm
Адрес:
Украина, 01001, г. Киев,
ул. Михайловская, 16
этажи 2-4
RUS UKR ENG
Контакты:
Телефон: +380 (44) 581-15-51
E-mail: office@gramatskiy.com
Skype: GramatskiyLawFirm
Адрес:
Украина, 01001, г. Киев,
ул. Михайловская, 16
этажи 2-4

Публикации

Аналитика. Статьи. Комментарии.

Как Вы относитесь к идее имплементировать в обновленный Гражданский кодекс некоторых элементов английского права, в том числе относительно формы сделки? ( Комментарий)

Опубликовано 09.02.2021 Андрей Трембич

- Как Вы относитесь к идее имплементировать в обновленный Гражданский кодекс некоторых элементов английского права, в том числе относительно формы сделки?

  Я бы не сказал, что стоит делать хоть сколько-нибудь значимый акцент на рецепции «английского права» в обсуждаемом Проекте, поскольку никакой рецепции не предвидится вовсе. Просто сама идея «английского права» хорошо продается в наших широтах, а те, кто этой идеей готов обольститься, не до конца понимают, что «английское право» не существует отдельно от «английского суда», не потеряв 90% своей ценности. Однако любой разговор об условной либерализации требований к форме сделок устойчиво ассоциируется с институтами английского контрактного права. В этом разговоре мы должны понимать, что последнее основано на совершенно своеобразной философии договора и механике его заключения. Для нас, юристов континентальной школы, базовым является понятие существенных условий в аспекте материальном и дуализм оферты и акцепта – в аспекте процедурном. И мы уже рефлекторно ищем: условия, оферту и акцепт, – и если не находим, то отвергаем самую возможность договорного обязательства. Для английского юриста (mutatis mutandis) гораздо важнее сущность договора, которая выражается в труднопереводимой категории «consideration»: если она имеет место, – то есть и договор. Германская школа (как и в сотне других вопросов) демонстрирует здесь свою синтетичность, доктринальность, английская школа – свою аналитичность, мягкость.
   История частного права идет по пути упрощения оборота: от древнейших стипуляционных формул (когда, чтобы продать корову, нужно было без запинки произнести на Форуме некий магический текст) до современных электронных способов подписания контракта путем нажатия кнопки «Agreed» на экране любого гаджета. Но проблема «формы сделки» – это не только институт материального гражданского права, но и большой пласт процессуальных проблем доказывания (вот почему я начал со связи английского права с судом, который это право применяет). Это и более широкая проблема развитости правовой культуры, где императив добросовестности и категория добрых нравов является не пустым звуком, который удобно вставить в мотивировочную часть произвольного судебного решения, но широким культурным контекстом существования и сделки, и ее сторон, и самого суда. И тогда обретает значение что кому и как именно сказал – и на что согласился. Не даром же сам ГК ограничивает, например, возможность доказывания займа показаниями свидетелей (даже тут «материальный» кодекс регулирует «процессуальный» вопрос: потому что все к этому сведется – будет две (хорошо, если только две) версии событий, и у каждого будут какие-то (чаще косвенные) доказательства).
   В нашей правовой культуре (говорим безоценочно) доминирует пренебрежение к значимости устного слова (что уже многажды подводило украинских бизнесменов в переговорах с иностранными коллегами), а тому, «что написано пером», наоборот, приписывается едва ли не волшебная сила. И мы все еще романтически привязаны к концептам германских пандектистов, которые учат нас не предавать свой данный историей фольксгайст. Поэтому мы не можем всецело полагаться на consideration в любой форме, в том числе устной. Когда согласие и исполнение разделены во времени, по умолчанию должно стоять требование любой внешней фиксации такого согласия; благо, сейчас мы дожили до самого широкого понимания «письменной формы», когда стороны могут закрепить существо сделки любым доступным и общепонятным способом (переписка в мессенджере ничем не хуже 20-страничного «бумажного» текста, в котором 19 страниц занимает форс-мажор и прочая «беллетристика»). Посему я не вижу причин для повального признания устных сделок, но горячо выступаю за существенное расширение категорий письменного договора: в эпоху, когда мы в течение дня чаще переписываемся, чем говорим устно, это сложно назвать обременительным требованием.

Андрей ТРЕМБИЧ,
адвокат АФ «Грамацкий и Партнеры»

Комментарий в дискуссии на тему реформирования Гражданского кодекса Украины

(по предложенному авторами законопроекта №2635 «О внесении изменений и дополнений в некоторые законы Украины с целью совершенствования гражданского законодательства» переосмыслению подходов к форме сделки)

Юридическая Практика, 9 февраля 2021 года

Назад

^