Analytics. Articles. Comments
Published 26.03.2015 Andrii Trembich
http://bankruptcy-ua.com/articles/331
В стране, в которой кредиты выдавались не так давно «по паспорту за 15 минут» в машинах, разъезжающих по городу с мигающими баннерами «КРЕДИТЫ!», введение банкротства физических лиц-непредпринимателей может стать шоком для банковской системы. Может, даже заставит баннеры снять.
Именно в силу влиятельного нынче банковского (не хотим говорить «коллекторского») лобби, несмотря на шесть зарегистрированных в ВР законопроектов по данному вопросу (из которых первый подан в марте 2009 года), ни один из них не дожил до второго чтения. Проблема еще и в том, что к банкротству физических лиц никто не относится собственно как к институту банкротства (неплатежеспособности); этот вопрос становится всегда частью более глобальных «антиколлекторских» проектов, а то и вовсе популистских инициатив «в сфере защиты прав должников», и именно в данном контексте оценивается экспертным и банковским сообществом – разумеется, резко негативно.
К слову, списание потребительских долгов под покровом банкротства физического лица-предпринимателя (которое регистрировалось предпринимателем только ради этого «всепрощения») в 2010-2013 годах было достаточно популярной «схемой» избавления от кредитного бремени для самых креативных граждан, и тому были прискорбные прецеденты. Такой себе fresh start по-украински.
Существует определенное (и правильное) предубеждение, что подобные законы в кризис лучше не принимать. Задумываться об этом стоило системно, на здоровую голову. Если подходить к вопросу взвешенно, то банкротство физических лиц было бы необходимо, в первую очередь, самой банковской системе: это сразу вскроет истинное состояние кредитных активов, отсортирует сомнительную, безнадежную и просто мертвую задолженность. Но ни должники, ни кредиторы не готовы вести себя ответственно и по-взрослому: одни набирают кредитов по поводу и без, другие либо закрывают на это глаза либо прямо способствуют низвержению должника (и себя вместе с ним) в бездну.
Это типичная для молодого финансового рынка ситуация, когда глупость одних встречается с жадностью других. Всем известны случаи, когда семья берет кредит на квартиру (условно) 100 тыс. долларов США, выплачивает с просрочками и проблемами 75 тысяч – и остается должна банку еще 100 тысяч. Человек чувствует, что «подарил» банку 75 тысяч, и сумма подарка в любой момент может вырасти вследствие обращения взыскания на квартиру. При этом далеко не все заемщики – откровенные мошенники, «и не собиравшиеся изначально выплачивать проценты и кредит». Проблема в том, что в первую очередь страдают как раз добросовестные должники, безуспешно выплачивавшие сначала «хотя бы часть кредита», потом – одни проценты, лишь отдаляя час расплаты.
В результате объемы проблемных портфелей достигают 40% по всей банковской системе. Отсутствие личной потребительской и финансовой культуры у населения, неразвитость рынка личных бухгалтерских и аудиторских услуг, инертность банков в принятии антикризисных решений по каждому проблемному кредиту – все это камни, тянущие банковскую систему на дно кризиса. Но на бумаге она выглядит почти прекрасно: несмотря на то, что большинство банков неплатежеспособны, их совокупные кредитные активы арифметически перекрывают обязательства – если не вдаваться в исследование действительного состояния этих «активов». Их все еще можно продать, уступить, заложить. Принятие закона о банкротстве физических лиц способно разрушить этот карточный домик. Может произойти тотальная переоценка ценностей, а инвентаризация покажет неутешительный для всех результат. Тысячи судебных дел по каждому банку – тут уже и коллекторы не спасут. Даже если кто-то в порыве популизма начнет продавливать эту тему, и она встанет действительно остро, – приедет делегация МВФ и всех успокоит. Именно поэтому представляется, что закон о банкротстве физических лиц в ближайшее время реальных перспектив иметь не будет.