Analytics. Articles. Comments
Published 19.06.2013 Andrii Trembich
К сожалению, стоит констатировать, что применение рассматриваемой процессуальной диверсии [представление заявления об оставлении иска без рассмотрения в апелляционной инстанции] не имеет «чистого» нормативного решения. Даже обращаясь к принципам судопроизводства или аморфной концепции злоупотребления правами, невозможно доказать, что процессуальный правопорядок содержит нормы высшего приоритета по сравнению с буквой статьи 310 ГПК Украины. Подача заявления об оставлении иска без рассмотрения в апелляционной инстанции полностью укладывается в начало диспозитивности, а поскольку такое заявление не должно быть мотивировано никакими прочими обстоятельствами, доказать злоупотребление не представляется возможным: закон не устанавливает ни определенного обоснования, ни специальной цели, которыми должно руководствоваться истцу-апеллянту в своем волеизъявлении. Я бы назвал лингвистическое решение задачи изящным (дескать, невозможно оставить без рассмотрения уже рассмотренный иск), если бы наши процессуальные кодексы не восприняли (все как один) концепцию полной апелляции, при которой апелляционный суд повторно и полностью (за некоторыми изъятиями) пересматривает дело.
Законодатель прямо допускает отмену законного и обоснованного решения, вне исследования вопроса о его правосудности. Это прямо вытекает из установления различных оснований для отмены решения по статье 309 (отмена с принятием нового решения) и статье 310 ГПК Украины (отмена с закрытием производства или оставлением иска без рассмотрения). В последнем случае, как можно убедиться из системно-сравнительного толкования названных норм, для отмены решения достаточно самого лишь факта наличия предусмотренных статьями 205, 207 ГПК обстоятельств, без изучения вопроса о законности и/или обоснованности решения первой инстанции. Впечатление о неслучайности (осознанности) решения законодателя в части первой статьи 310 ГПК усиливает установление в части второй той же статьи единственного исключения, когда вопрос о правосудности решения все же должен ставиться: смерть физлица (ликвидация юрлица) не способна повлечь за собой автоматическую отмену законного решения; стало быть, во всех остальных случаях законное и обоснованное решение должно отменяться – в том числе при подаче истцом заявления об оставлении иска без рассмотрения.
Совершенно очевидно, что в данном случае процессуальная форма идет вразрез с духом закона, проникнутым обязательностью и преюдициальностью судебного решения. Статья 310 ГПК об этом прямо не говорит, но, вероятно, предполагалось, что обстоятельства, предусмотренные статьей 207 Кодекса, должны иметь место на момент принятия решения первой инстанции, а не после такового. Апелляционные суды интуитивно чувствуют это, но довольно своеобразно: в судейском правосознании укрепилось понятие об отмене решения как о санкции по отношению к принявшему его судье. Соответственно, апелляционная коллегия почти всегда спрашивает, а знал ли суд первой инстанции о существовании обстоятельств, указанных в статьях 205 или 207; а если не знал, то как же можно его за это «наказывать»?
Если переводить это интуитивное правило в законообразные формы, то право истца на оставление его заявлений без рассмотрения должно ограничиваться инстанционно: в первой инстанции это право на оставление без рассмотрения иска, в апелляционной инстанции – только апелляционной жалобы, и так далее… Однако стоит еще раз подчеркнуть, что подобное телеологическое (целевое) толкование не имеет под собой твердой нормативной почвы, что наглядно продемонстрировал и ВССУ, обосновав невозможность отказа от иска в кассационной инстанции особым порядком рассмотрения дела в кассации (статья 333 ГПК), хотя таковой порядок не содержит и намека на ограничение процессуальных прав сторон (в отличие от пределов кассационного рассмотрения, – на которые, видимо, и следовало ссылаться).